[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Чердак » Наше Избранное » Проза \ Избранное авторов \ » Избранная проза Ришки (всё вкусное)
Избранная проза Ришки
РииДата: Чт, 2015-11-19, 21:52 | Сообщение # 1
λυκάνθρωπος
Группа: Администраторы
Сообщений: 841
Награды: 21
Репутация: 19
Статус: Offline
Януш Вишневский - "Проводимость стекла"
Проводимость стеклаУ пятидесятидвухлетней Ядвиги серые, всегда заплаканные глаза. Наливая чай, она изо всех сил старается скрыть дрожание рук. Даже когда в Хьюстоне скип сильная жара, она носит блузки с длинными рукавами, прикрывающими рельефные поперечные шрамы чуть выше запястья. У нее тихий голос.Первое ноября в Соединенных Штатах не праздник. Обычный будний день. Для Ядвиги это в любом случае не имеет значения. Уже много лет она работает семь дней в неделю. С понедельника по пятницу она убирает конторы, а в выходные — квартиры. Но если День Всех Святых приходится на середину недели, вынуждена брать однодневный отпуск, чтобы поехать на кладбище. Тогда она надевает черное платье, идет в парикмахерскую, затем в костел, а вечером на такси едет на маленькое заброшенное кладбище в предместье Хьюстона. Три года назад она брала отпуск на два дня…В среду она поехала в Хантсвилл. В комнате свиданий была ровно в девять тридцать. Конвоиры ввели Роберта около десяти. Его привезли из ливингстонской тюрьмы для приведения приговора в исполнение. Сорок минут пути в фургоне с маленькими зарешеченными окошками, через которые виден живописный берег озера.Прощание начинается в десять, в двенадцать входят конвоиры и уводят заключенного, ровно в восемнадцать часов начальник тюрьмы включает автомат, который делает смертельную инъекцию.В Чикаго она эмигрировала из Польши в середине семидесятых. Однажды в аптеку, где родственники нашли для нее временную работу, зашел Майкл. Потом он стал приходить каждый день. Когда оказалось, что она забеременела, они обвенчались в польском костеле. Еще до рождения ребенка молодожены переехали в Техас, где Майкл получил работу получше — в строительной фирме в Хьюстоне. Их сыну Роберту не исполнилось и двух лет, когда Ядвига осталась одна. Чтобы сводить концы с концами и помогать родным в Польше, она очень много работала. Парень вырос хороший. Только непутевый. Она слишком поздно это заметила. Девять лет назад машину, на которой ехал Роберт, остановила полиция. Перегорела лампочка стоп-сигнала. Машина была краденая. В кармане брюк Роберта нашли наркотики; разрешения на ношение пистолета, лежавшего на сиденье, у него не было. Парень запаниковал. Выстрелил. Через три часа его арестовали в Саут-парке. Через четыре дня полицейский умер от огнестрельных ран. У Ядвиги не было денег на адвокатов.
 
РииДата: Чт, 2015-11-19, 21:54 | Сообщение # 2
λυκάνθρωπος
Группа: Администраторы
Сообщений: 841
Награды: 21
Репутация: 19
Статус: Offline
В Ливингстоне она навещала сына так часто, как только допускалось правилами. Каждые несколько недель в течение восьми лет. Они садились друг против друга. По равные стороны окна с толстым пуленепробиваемым стеклом.Восемь лет единственными людьми, которые дотрагивались до Роберта, были конвоиры. За восемь лет никто его не обнял, не положил ладони ему на плечи, не пожал руку.Но если изо всех сил прижать раскрытую ладонь к стеклу, в нем возникает тепло. Очень сильно прижатая ладонь оставляет отпечаток. Она знала, что Роберт чувствовал это тепло с другой стороны и вплел отпечаток сердца. Он писал ей об этом в письмах. Иногда он вырывал у себя ресницу, и, если надзиратели были невнимательны, она находила ее между страницами письма.В хантсвиллской тюрьме оконное стекло в комнате свиданий гораздо толще, но она все равно почувствовала прикосновение Роберта, когда он отложил телефонную трубку и на прощание прижал к стеклу обе ладони. Временами, когда она гладит пальцами стеклышко рамки с фотографией Роберта, у нее возникает похожее ощущение. До сих пор…Вечером она присутствовала при приведении приговора в исполнение. Если бы она и могла говорить об этом, рассказ ее был бы коротким. Но у нее провал в памяти. Утром следующего дня ей официально передали тело сына. Это было первого ноября. День казни Роберта был назначен несколькими месяцами ранее. У нее хватило времени выбрать кладбище и уладить все формальности. Благодаря тому, что она проработала на одном месте больше пяти лет, ей дали ссуду пол низкий процент. Хватило даже на надгробие. В мраморной плите рядом с выгравированной надписью она велела пробить прямоугольное отверстие и вставить в нет пластину из толстого стекла…
 
РииДата: Пт, 2016-01-15, 20:21 | Сообщение # 3
λυκάνθρωπος
Группа: Администраторы
Сообщений: 841
Награды: 21
Репутация: 19
Статус: Offline
Говорят, что когда приближаешься к огню - то он сначала светит, потом греет, а после обжигает. Видя свет друг друга, мы стремимся сблизиться, чтобы согреться. Особенно, когда нам так не хватает тепла. Ближе, ближе, еще ближе... Чтобы отогреться за всю предшествующую жизнь, и на всю последующую. Но, обжегшись, отскакиваем назад, в холод, отныне боясь сближаться, и часто даже не желая видеть свет.

Эта граница может быть разной с разными людьми: кто-то обжигает, еще не начав согревать, а к кому-то удается подойти очень близко. И, в простоте душевной, мы думаем, что где-то точно есть человек, который будет нас всегда греть, и никогда не обожжет. Но предел есть всегда, и чем мы ближе подошли друг к другу, тем больнее на него натыкаться.

Можно научиться не отскакивать, а находить комфортное для обоих расстояние, и оставаться на нем. Это хороший способ, взрослый, ответственный, реалистичный.

Но если все же очень хочется заглянуть за край, перейти границу... Так бывает, редко, но бывает: когда без этого - вроде как и не совсем жизнь. Тогда выход один - научиться жить в огне, как мифические саламандры. Стать огнем. Не оставить в себе ничего, кроме огня. И тогда, два таких огня, встречаясь, могут соединяться в один, или проходить друг сквозь друга свободно, не встречая препятствий. А всем остальным вокруг становится светлееё.

(с)
 
РииДата: Ср, 2016-02-03, 08:55 | Сообщение # 4
λυκάνθρωπος
Группа: Администраторы
Сообщений: 841
Награды: 21
Репутация: 19
Статус: Offline
После Янссон хочется срочно выучить шведский язык! 
Кто-нибудь знает есть ли немецкий перевод историй про мумитроллей в сети, или хотя бы кто переводил? Хочу их на немецком. Меня очень вдохновил оптимизм и душевное равновесие персонажей - прямо-таки лекарство от воспалённой тревожности. Там вообще много занятного о жизни, людях, о том, как встроиться в мир; и без капли нравоучений. Достоинства и недостатки не становятся ярлыками, просто можно жить так, а можно вот так - сам сделай свой выбор. Есть единство и согласие с миром и даже Морра потеплела. Хотя жизнь на маяке, мягко говоря, не сахар; но эта богически прекрасная злая природа! Вереск, песок и холодное море. Очень чувствуется, что истории в военные годы писались. (Тут я достану свой баян, извините) Местами по ощущениям они мне напомнили юнгеровские дневники. В том же духе: что бомбардировщики - ага - да, фиг с ними с бомбардировщиками, пойду помидорки полью. Шмитты пригласили на вечеринку - улица, на который был их дом лежит в руинах ровно - откуда-то из под земли, из груды обломков, словно на оперной сцене, восстаёт жена Шмитта в роскошном вечернем платье и спокойно сообщает - дом разбомбили, поэтому вечеринка пройдёт в подвале. Или: скучища, окопы, холодина, грязина - о - тараканчики трахаются.... занавес, ха-ха-ха.

(с) Ксения Шабурова
 
РииДата: Ср, 2016-03-30, 17:28 | Сообщение # 5
λυκάνθρωπος
Группа: Администраторы
Сообщений: 841
Награды: 21
Репутация: 19
Статус: Offline
Здесь он остановился, перевел дух и принюхался. Он поймал его. Теперь он его не упустит. Аромат, словно лента, спускался по улице Сены, неповторимый и отчетливый, но все такой же очень нежный и очень тонкий. Гренуй почувствовал, как бьется его сердце, и понял, что бьется оно не от напряжения бега, а от вдруг возникшей беспомощности перед присутствием этого запаха. Он попытался вспомнить, что-нибудь похожее, сравнимое с ним, но все сравнения не годились. В этом запахе была свежесть; но не свежесть лимонов или померанцев, не свежесть мирры, или коричного листа, или кудрявой мяты, или березового сока, или камфоры, или сосновых иголок, не свежесть майского дождя, или морозного ветра, или родниковой воды… и одновременно он источал тепло; но не так, как бергамот, кипарис или мускус, не как жасмин и нарцисс, не как розовое дерево и не как ирис… В этом запахе сливалось и то, и другое, летучее и тяжелое, но они не просто смешивались, а были чем-то единым и к тому же небольшим и слабым и в то же время прочным и крепким, как кусок тонкого переливчатого шелка… но нет, это было не как шелк, а как медовой сладости молоко, в котором растворяется пирожное, — но тогда одно с другим не вязалось при всем желании: молоко и шелк! Какой-то непостижимый аромат, неописуемый, он не помещался никуда, собственно, его вообще не должно было быть и все-таки он был — в самой великолепной неоспоримости. Гренуй следовал за ним с колотящимся от страха сердцем, потому что смутно догадывался, что не он следует за ароматом, но что аромат захватил его в плен и теперь непреодолимо влечет к себе. (с) П. Зюскинд - "Парфюмер"

***

На закате он просыпался, принюхивался ко всему вокруг себя и только тогда, когда обоняние убеждало его, что самый последний крестьянин покинул поле и что самый отчаянный путник с наступлением темноты нашел себе кров и приют, только тогда, когда ночь с ее мнимыми опасностями загоняла под крыши людей, Гренуй выползал из своего убежища и продолжал свое путешествие. Чтобы видеть, ему не нужно было света. Уже раньше, когда он еще двигался днем, он часто часами шел с закрытыми глазами только по нюху. Яркая картина ландшафта ослепительность, внезапность и острота зрения причиняли ему боль. Ему нравился только лунный свет. Лунный свет не давал красок и лишь слабо очерчивал контуры пейзажа. Он затягивал землю грязной серостью и на целую ночь удушал жизнь. Этот словно отлитый из чугуна мир, где все было неподвижно, кроме ветра, тенью падавшего подчас на серые леса, и где не жило ничего, кроме ароматов голой земли, был единственным миром, имевшим для него значение, ибо он походил на мир его души. (с) П. Зюскинд - "Парфюмер"
 
РииДата: Сб, 2016-04-02, 18:05 | Сообщение # 6
λυκάνθρωπος
Группа: Администраторы
Сообщений: 841
Награды: 21
Репутация: 19
Статус: Offline
После победы (читать полностью)

- Замечательно. Сэр Арчибальд, мы, клевреты и приспешники Тёмного Властелина, смиренно просим вас принять эту корону и власть над Тёмной Империей.
- Что-о-о-о-о-о????
- Повторить?
Рыцарь задохнулся от негодования.
- Вы … предлагаете мне… переметнуться на сторону Тьмы? Ни за что!!!!
- То есть вы не желаете становиться Тёмным Властелином?
- Нет!!!!!!
- А зачем тогда прежнего убивали?
- Зло должно быть изничтожено! – торжественно произнёс сэр Арчибальд.
Седой наг покачал головой и вздохнул.
- Чувствую, беседа у нас будет долгой. Позвольте представиться. Лорд Гадьюк, глава департамента безопасности Тёмной Империи. Разрешите спросить, сэр Арчибальд, что вы собирались делать дальше?
Рыцарь недоумённо поднял брови.
- В смысле?
- Ну, вот убили вы Тёмного Властелина. Ваши дальнейшие конкретные действия?
- Домой поеду, естественно.
- Ага. Объявите всем, что Тёмный Властелин повержен, обретёте славу великого героя, почёт и восхищение, так?
- Ну, в общем, да…
- Сэр Арчибальд, давайте я расскажу вам, что произойдёт потом. Как только вы скроетесь за этими дверями, мы, клевреты и приспешники Тёмного Властелина тут же устроим между собой безобразную драку за обладание короной. Правильно, господа?
Чудовища согласно закивали. Лорд Гадьюк продолжил.
- Победит, несомненно, лорд Бугайя.
Все, включая сэра Арчибальда, посмотрели на огромного минотавра. Шипастый доспех чуть не трескался изнутри под напором чудовищных мышц.
- На следующий же день его отравит лорд Мышьякки.
Вышеуказанный лорд так ласково заулыбался своей крысиной мордочкой, что стало ясно без сомнения – обязательно отравит.
- Потом за дело придётся взяться мне. Лорд Мышьякки исчезнет при загадочных обстоятельствах, и корону надену я. Разумеется, через какое-то время меня тоже убьют, но это не имеет значения. Вы поняли принцип, сэр Арчибальд? Корона ни в каком случае не останется бесхозной. Не успеете вы отъехать за пределы столицы, как на троне уже будет восседать новый Тёмный Властелин. А вы собираетесь рассказывать в Светлых Землях, что вы его уничтожили?
Светлый рыцарь стиснул рукоять меча и угрожающе нахмурился.
- Я убью вас всех!
- Без сомнения. Хоть сию минуту. А дальше? У каждого из нас есть заместители, заместители заместителей и так далее. В конце концов любой армейский офицер, любой десятник городской стражи не откажется примерить корону. Так что вы будете делать? Ночевать и жить здесь, в тронном зале, с мечом в руках, пытаясь не допустить коронации нового правителя?
- Если понадобится – то да!!!
Лорд Гадьюк осмотрелся по сторонам, поднял перевёрнутое кресло, поставил возле рыцаря и заботливым жестом пригласил присесть.
- Итак, сэр Арчибальд, я продолжаю. Значит, нового императора в стране нет. Никто никому не подчиняется, структура государственного управления разрушена, транспортные системы и связь не функционируют. Службы правопорядка бездействуют. Торговля сворачивается, снабжение провинций прекращено. Пока всё так? (с)
 
РииДата: Пт, 2016-04-15, 14:36 | Сообщение # 7
λυκάνθρωπος
Группа: Администраторы
Сообщений: 841
Награды: 21
Репутация: 19
Статус: Offline
Эвиг Кайт - "Спектр"
 
Чердак » Наше Избранное » Проза \ Избранное авторов \ » Избранная проза Ришки (всё вкусное)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: